пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Эннеатип 7. Оптимист, Авантюрист, Материалист
Ими движет принцип «Лови момент!» (то самое «Carpe diem!»). Как правило, это экстраверты, творческие натуры, гедонисты, открытые разным возможностям. Присущая им жизненная сила, радость и энергия делают их приятными и привлекательными. У них масса интересов, они разносторонне одарены. Они общительны, любят играть и веселиться, обожают приключения и все, что помогает радоваться жизни: путешествия, праздники, песни, застолья.
К этому типу принадлежат любители удовольствий и вечные дети: не намерены отказываться от чего-либо и, подобно Питеру Пэну, не хотят расти. Часто страдают от проблем с весом, ненавидят диеты и позволяют себе излишества не только в еде.
В общем, это счастливые люди, как правило, в хорошем расположении духа, с ними приятно общаться и проводить время.
Обратной стороной медали может оказаться поверхностность. Они старательно избегают боли и могут не заметить, когда больно другим. Предпочитают жить настоящим, из-за чего не всегда выполняют обязательства – чтобы не лишать себя других возможностей.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Лепешки с сыром и зеленью
Понадобится:
Сметана, кефир или простокваша 250 мл. Желток яичный 1 шт. Растительное масло 3 ст.л. Соль 1 ч.л. без горки Мука около 500 гр. (в зависимости от жирности сметаны, кефира или простокваши)
Сыр твердый 100 гр. Брынза 100 гр. Кетчуп 16 ч.л. Зелень укропа пучок Листья салата
1. Сметану, кефир или простоквашу соединить с солью, добавить растительное масло и яичный желток. Перемешать.
2. Добавить в полученную массу муку и замесить достаточно эластичное тесто. Тесто накрыть полотенцем и оставить на 30-40 минут.
3. Тесто разделить на 16 равных частей.
4. Каждую часть теста обмакнуть в муку и раскатать в тонкую лепешку. У меня получились лепешки размером с пирожковую тарелку.
5. Лепешки выложить на противень (у меня на большом противне помещалось только две лепешки), положить на каждую по чайной ложке кетчупа, размазать его по всей поверхности.
6. Брынзу раскрошить вилкой и соединить с измельченным укропом.
7. На лепешку выложить немного начинки из брынзы, сверху посыпать тертым сыром.
8. Поставить лепешки в духовку, разогретую до 200 градусов, выпекаться около 8-10 минут. У готовых лепешек должны слегка позолотиться края.
9. На один край лепешки положить лист хрустящего зеленого салата и накрыть вторым краем.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Тяжелые пурпурные соцветия ложатся на страницы открытой книги. Ты удивленно поднимаешь глаза, вспыхнувшая радость от неожиданного сюрприза стремительно меркнет. - Что это? - холодно спрашиваешь ты. - Hyacínthus. Растение из семейства Спаржевых, - я присаживаюсь на край твоего стола. - Оно ядовитое? - ты знаешь, что нет, но не можешь придумать иной причины, чтобы оно было здесь. - Нет. На языке цветов оно означает "прости меня", - я виновато улыбаюсь, хотя и не чувствую вины за удачную шутку, спасшую невозможно скучный урок. - А у самого язык не поворачивается? - ты хочешь казаться грубее, чем ты есть, но тут же закусываешь губу, перестаравшись. - Я не слышала, как ты подошел. - Нет ничего проще, чем подкрасться к увлеченному чтением. Звуки шагов тонут в пении сирен и лязге мечей, или... Я пытаюсь прочитать виднеющиеся из-за букета строчки, но ты, заметив, закрываешь их рукой. - Это все? - ты чувствуешь себя неуютно в моем присутствии, и только и ждешь, как наш разговор обернется жестоким розыгрышем. - Я не возьму эти цветы. - Тогда они умрут здесь, - я пожимаю плечами. - И это будет только на твоей совести. - Потому что у тебя совести нет? Я смеюсь. Ты злишься. - Уйди с моей парты. - Не раньше, чем узнаю, что ты читаешь, - я склоняю голову набок. - Еще чего, - фыркаешь ты, выдергивая книгу из-под цветов и быстро убирая ее в сумку. - Это что-то настолько стыдное? - я выгибаю бровь и ты краснеешь. - Чьи это цветы? - мадам Пинс появляется не вовремя, как всегда. На правах любимчика я готов взять вину на себя, но ты меня опережаешь: - Это мои. - С цветами, мисс, вам место в оранжерее, а не в библиотеке. Ты извиняешься, и уходишь, забрав букет. Я спрашиваю у мадам Пинс, что за книгу ты взяла последней.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
[quote][align=center]ЗАЯВКА ОТ РИТЫ СКИТЕР[/align][/quote] [quote][align=center] [/align][/quote] [align=center][size=10]shia labeouf[/size][/align] [align=center]Барнабас никакого Варнавы Кафф | 28 лет | редактор "ЕП"[/align]
[quote][align=center]I. О ТЕБЕ[/align][/quote] Любимец женщин, детей и домашних животных. О таких, как ты, говорят - он далеко пойдет. И ты действительно идешь, а о тебе продолжают говорить - через десять лет он станет главным редактором. Не знаю, что будет через десять лет, но ты и сейчас неплохо устроился - с твоим мнением считаются, твои статьи публикуют, и ты, в конце концов, уже заместитель самого главного, а это круто. Очень круто. Ты всегда, по крайней мере, сколько я тебя знаю - а я знаю тебя со школьной скамьи - был обласкан успехом, и как бы сильно мне ни хотелось покапать желчью на твою безупречную репутацию, должна признать - это не только за красивые - ох, какие красивые - глаза. Легкость, с которой тебе все дается - лишь видимость, на самом деле ты много работаешь, положив на алтарь карьеры и женщин, и детей, и домашних животных, которые могли бы у тебя быть, но их нет - есть только перспективы и имя. Завидую, черт возьми. Работаем мы с тобой примерно одинаково, то есть 24\7, но я-то по-прежнему Рита-подай-принеси-пошла-отсюда с колонкой светских сплетен, а ты прославился серией интервью с влиятельными людьми, а сейчас входишь в редсовет, определяющий направление нашей газеты. Правда, оно у нас все время одно и то же - куда из министерства пальцем покажут. Ты со всем соглашаешься, предугадываешь желания главреда и схватываешь на лету, ты как флюгер, поворачиваешься при малейшем дуновении ветра, и кажешься профессионально беспринципным, но я-то тебя знаю. Ты не такой, как они, будь твоя воля - ты бы дал пинка под зад этим торговцам печатным словом, ты их ненавидишь, хоть и принимаешь приглашения к обеду, где улыбаешься и благодаришь, благодаришь и улыбаешься. Ты занял выжидательную позицию, ты ждешь, когда тебе наконец дадут слово без оглядки на тех, кто может вмиг его отобрать, и тебе есть что сказать. Я вижу, как ты кривишься, переписывая свои статьи, когда забываешь, что я тоже сижу допоздна в редакции. Вижу, как ты пишешь в стол, запираешь в ящик безымянные папки - думаешь, я не пыталась его взломать? Трижды ха, я провела не одно увлекательное утро, ковыряясь в замке, но ты чертовски осторожен, хотя никто и не заподозрил бы, что ты что-то затеваешь - ты же Барнабас Кафф, на которого можно положиться.
[quote][align=center]II. O НАС[/align][/quote] Мы соперничаем с первого курса. Ну ладно, это я с тобой соперничаю, а ты подтруниваешь надо мной, легко обходя на поворотах. И не было никогда никаких нас за рамками "просто приятели", и если мне и хочется чего-то большего, то я умело скрываю это в первую очередь от самой себя. Важно не это, а то, что ты устал идти в одиночку к финишной прямой и готов взять меня штурманом. Так уж вышло, что никого ближе меня у тебя нет, и ты в последние время делишься со мной своими догадками, пусть это все еще полунамеки, а не полное раскрытие карт, но прежде ты и этого не делал, всегда гуляя сам по себе. Подробнее прочитаешь в сюжете) Мне тоже будет чем поделиться. Мистер Роули, который стоит за таинственными убийствами, намерен подбросить мне анонимку с раскрытием личностей некоторых ПС. Ну к кому мне с ней идти? Мне же чертовски страшно, так давай бояться вместе? Вместе же мы с тобой переживем и нападение ПС на редакцию, оно еще в планах, но обещаю - скучно не будет. Только не геройствуй, я хочу, чтобы ты его пережил. [quote][align=center]III. ОБО МНЕ[/align][/quote] Пью, курю, матерюсь вполголоса. Хожу неделю в одной и той же одежде, запросто могу и две. Пессимистка и недотрога. Блондинка, вдобавок. Все очень плохо, да. [quote][align=center]P.S. ПОСТСКРИПТУМ[/align][/quote] Ты магглорожденный. Еще и из неблагополучной семьи. Ты скрытен, и этого не знаем даже мы, твои сокурсники, но чувствуется - тебе есть чего бояться в случае прихода Темного Лорда к власти. Кстати, о сокурсниках. В наличии как минимум я, Трабл и Флип, еще Амелия, но она барсук, что впрочем не мешало нам принять ее в компанию. Ты в нее не особенно влился - ты всегда был выше этого, не пил, не курил, птица другого полета, в общем. Однако, Коди одно время работал с нами, пока его не выперли - некрасивая история, мы оба за него тогда не вступились, но зол он почему-то только на тебя - детали вы с ним решите, а я пока просто заинтригована. Приходи и веди меня, я совершенно запуталась, буду делать глупости и вздыхать по тебе, и может быть, мы выпутаемся из этого, потеряем запал и превратимся в склочную писаку и продажного редактора, но пока этого не случилось - будет здорова.
Верный ключик поворачивается в замке, подобрать его труда не составило. Я смотрю на ее руку, потом на свою, делая выбор.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
... Я стоял и смотрел на него, на его безмятежно-глупое лицо, вслушивался в мерное дыхание, которое готовился оборвать - пять лет и без того слишком щедрый срок для такого никчемного существа. Шагов отца я не услышал, он просто перехватил занесенную подушку и отвел меня за руку в мою спальню. На пороге он остановился, присел на корточки и приложил палец к губам. - Ничего этого не было, - сказал он. - Ничего этого не было, - ответил я спустя тринадцать лет, отсчитывая капли в его стакан с лекарством и подавая ему. Он был слишком слаб, чтобы сделать глоток, и мне пришлось ему помочь... - Святые основатели, Блэк, - Барти выглядит обескураженным и потерянным, не зная, верить услышанному или нет. Я смеюсь, и это сбивает его с толку еще больше. В нашей странной пьяной игре я выбрал правду, бросив вызов Барти - выслушать до конца. Бак деликатно молчит, позволяя мне продолжить. Прикладываюсь к бутылке и устраиваюсь удобнее поперек кресла, перекинув ноги через высокий подлокотник и запрокинув голову. - Отец вел настолько отстраненный образ жизни, что тогда, в возрасте четырех лет, сам факт его существования стал для меня настоящим открытием. Возможно, он часто заглядывал по ночам в наши спальни, чтобы украдкой посмотреть на своих детей, стыдясь отеческой любви, как если бы это было что-то недостойное для мужчины, чистокровного волшебника, или же Блэка. Я умолкаю, хотя мог бы многое еще рассказать. О матери. О, я много могу рассказать о своей матери... О ее высоких прическах, в которых шпилек было не меньше, чем в светских беседах в нашей гостиной, о массивных застежках роскошных колье, глубоких вырезах, открывавших триаду родинок, поясом Ориона расположившихся на левой лопатке, и полупрозрачных шлейфах. Спину ее, как можно заметить, я видел чаще, чем лицо. Жду не дождусь случая заглянуть ей в глаза. - Однажды, я смотрел ей в глаза, - я продолжаю вслух мысль, которой не поделился. - Зима вступила в свои права, а мне было шесть. Я умирал, и это казалось совершенно естественным. По генеалогическому древу, чьи ветви оплетали стены нашего дома, легко было учиться читать и считать, а также делать выводы, что Блэки живут веками, но каждый отдельный Блэк - очень и очень не долго. Мы расстаемся с жизнью так же легко, как с деньгами, любовницами и теми, кто не оправдал наших ожиданий. Возможно, жизнь входит в третью категорию, но мне шестилетнему это не приходило в разгоряченную голову. От моего жара плавились стены, размываясь в зеленое пятно, которое волей больного воображения превращалось в толщи глубокой и мутной воды. Мне не хотелось умирать в своей постели, и в этом, вне всякого сомнения, было что-то семейное. Я тонул, я опускался все глубже и глубже, и давление на грудь усиливалось - я уже не мог дышать, только хрипеть, и принимать эти хрипы за хруст костей, ставших вдруг хрупкими и ломкими, как стекло. Где-то рядом плавало окно, за ним шла метель, в которую трудно было поверить. Мама пела. Один ворон - знак печали, два веселье принесут, трое - скоро будет свадьба, четверо - ребенка ждут. Я не знал откуда она взялась у моей постели, к которой избегала приближаться последние дни, слившиеся в один очень долгий, но она присела на край и накрыла мой лоб прохладной ладонью. Я испытал облегчение большее, чем от всех лекарств. Пять их - серебром одарят, шесть - чистейшим золотом, семь ворон несут секреты, но не говори о том. Я смотрел, как на наше окно садятся птицы и беззвучно шевелил потрескавшимися губами, ведя отсчет. Восемь в рай тебя проводят, станет домом тебе он, девять воронов из ада, а десятый правит в нем... Восемь, девять... Я из последних сил повернул голову и посмотрел на мать. - Их десять, мама. В тот момент я достиг самого дна и отключился. Десятый ворон отсрочил круги ада, чтобы я успел набрать грехов, и спустя пару месяцев я встал на ноги, чтобы отправиться в свое первое путешествие. Колдомедики настоятельно рекомендовали сменить климат. Мать отказалась меня сопровождать, будучи суеверной, при виде меня она теперь хваталась за нюхательные соли и звала сиделку, прикрываясь тем, что я не должен покидать постель. Со мной поехал отец.
[quote][align=center]I. ОБЩИЕ ДАННЫЕ[/align][/quote] [table layout=fixed width=100%] [tr] [td][align=center]Имя и фамилия: Regulus Arcturus Black | Регулус Арктурус Блэк[/align][/td] [td][align=center]Дата рождения: 13 августа 1961 года[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Чистота крови: Toujours pur.[/align][/td] [td][align=center]Образование: Слизерин'79[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Род занятий: меценат и филантроп,занимается организацией благотворительных мероприятий и возрождением магического театра[/align][/td] [td][align=center]Лояльность: Пожиратель Смерти, I круг[/align][/td] [/tr] [/table]
[quote][align=center]II. БИОГРАФИЯ[/align][/quote] [table layout=fixed width=100%] [tr] [td][align=center]Место рождения: Площадь Гриммо, 12, Лондон[/align][/td] [td][align=center]Место проживания: варьируется[/align][/td] [/tr] [/table] Общее описание: [quote][align=center]III. ХАРАКТЕР[/align][/quote] [table layout=fixed width=100%] [tr] [td][align=center]Сильные стороны: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Слабые стороны: место для ответа[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Особенности поведения: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Вредные привычки: место для ответа[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Мечты и цели: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Страхи: место для ответа[/align][/td] [/tr] [/table] Общее описание: [quote][align=center]IV. ВНЕШНОСТЬ[/align][/quote] [table layout=fixed width=100%] [tr] [td][align=center]Рост: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Цвет глаз: место для ответа[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Телосложение: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Цвет волос: место для ответа[/align][/td] [/tr] [/table] Особые приметы: Стиль одежды: Имя знаменитости: [quote][align=center]V. ДОПОЛНИТЕЛЬНО[/align][/quote] [table layout=fixed width=100%] [tr] [td][align=center]Волшебная палочка: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Магические способности: место для ответа[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Артефакты: место для ответа[/align][/td] [td][align=center]Немагические таланты: место для ответа[/align][/td] [/tr] [tr] [td][align=center]Животные: Черная гладкошерстная кошка по имени Бастет. Своенравное и ревнивое создание, имеющее на Блэка определенные права. Ворон Невермор - старая птица со скверным характером.[/align][/td] [td][align=center]Финансовое положение: Унаследовал все состояние и недвижимость семьи Блэк, включая дом в Лондоне и поместье, расположенное на собственном прибрежном острове в Шотландии. [/align][/td] [/tr] [/table] [quote][align=center]P.S. ПОСТСКРИПТУМ[/align][/quote] [hide=9999999999999999999999999999999999999999999999999999999999999] Средство связи: Согласие с правилами ролевой: Пожелания, планы на игру: [/hide]
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
- Мерлин, Фрида, ты собираешься идти в таком виде? Голос матери сейчас кажется противнее визгов учительницы по травологии. Морщусь и ловлю ее взгляд в отражении зеркала в холле, где я последним штрихом заканчиваю красить губы в алый, под тон платья цвет. Гримаса гнева на лице, скрещенные на груди руки, а над Блетчли-холлом уже сверкают молнии, и вот-вот раздастся гром. Как же ты меня достала. Перевожу взгляд вновь на себя и криво ухмыляюсь. Ты волнуешься о том, что скажут люди? Не волнуйся, мама, я не собираюсь тебя позорить. Помада отправляется на стол, волосы небрежно откидываются с лица назад, и я выхожу из дома, проигнорировав вопрос. В последнее время все наше общение сводится к твоим крикам и моему молчанию. Мне не о чем говорить с тобой уже лет десять, мама, а сегодня я бы еще и предпочла тебя не видеть. Да и не только тебя. У входа меня встречает Александр, и я шепчу ему, что хочу пойти одна, без родителей. Через секунду он берет меня за руку, и мы исчезаем с крыльца.
- Они все смотрят на тебя. - Я знаю. Ни за что не отпускай мою руку. Вздернуть подбородок, позволив брату взять себя под локоть, и стараться не смотреть на всю эту черную скорбную массу, среди которой мое платье издевательски полыхает пожаром, а мы без лишнего стеснения идем к первым рядам. Меньшее, что меня трогает сейчас, это осуждение во взгляде всей этой толпы, половина из которых и не скрывает своего злорадства и никогда не простит тебе издевательств. Будь их воля, они закатили бы вечеринку. Будь моя воля, я бы отправила весь этот сброд гнить дальше под землю в обмен на тебя. - …не обращайте внимания, у мисс Блетчли полное отсутствие воспитания. А твоя мать все также трепетно меня любит, даже после твоей смерти, когда нам уже нечего делить. Забавно, да? Алекс сильнее обнимает меня за плечи, чтобы я не нарывалась на скандал, но меня это веселит. Наша последняя шалость, Рег? Ты заставил всех прийти сюда в самую непогоду в Рождество, а я раздражаю их одним своим видом. Люциус даже не скрывает своего презрения, хотя и разглядывает с неприличным интересом для недавно обрученного. Не забыть бы случайно наступить ему шпилькой на ногу. Интересно, а Вальбургу может перекосить еще сильнее или это ее максимум? Ничего, у меня еще и зонтик ярко-красный есть. Обещали снегопад.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Странные чувства вызывала её красота; она словно рождена была, чтобы стать объектом разрушения.
Лоренс Даррелл «Жюстин»
Твою руку сжать до боли, она не твоя - моя, как все в этом доме, все в этом мире. Грубо толкнуть к стене, едва дверь закроется за нами, лишь приглушив музыку, но оставив ее как напоминание о том мире, которому ты бросаешь вызов, который бросит камни в тебя. Слышишь их смех, милая? А его шаги слышишь? Он уже ищет тебя. Ты потерянная, потерянная... Рукава - ниже, открой плечи, они прекрасны, слишком прекрасны для твоего мужа, и он знает это, он стыдится этого. Яркими поцелуями впиваюсь в бледную кожу, так не обращаются с коллекционными куклами, так треплют любимые игрушки. Я признаюсь тебе в любви каждым жестом, как никто другой. Он так не сможет, нет. Пальцами задеваю колье - его не было прежде? Он покупает тебя, день за днем, обвешивает нелепыми оберегами. Знаешь, что символизирует этот жемчуг? Чистоту. Смейся. Целомудрие. Разве это в самом деле не смешно? Резко срываю его с твоей шеи, бусины падают на паркет, отбивая дробно последние секунды. Это все не твое, ты не имеешь на это права. С тобой было так же легко - нужно лишь знать где задеть, и вот ты уже падаешь вниз, все ниже и ниже, рассыпаешься - не собрать обратно. Даже не пытайся. Целую - больше нет преград. Нет чистоты, нет целомудрия, все под ногами, отброшено. Есть только ты и я, на границе кожи ничто больше не стережет, не напоминает, и музыка словно стихла, только катится до сих пор жемчуг, оглушительно громко, но не слушай его.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Мадам Помфри все-таки была страшной женщиной. Стойко сдерживать натиск Алекса, логично боявшегося оставлять кузена наедине с покалеченной слизеринкой, ей с трудом, но удавалось. Вероятно, что причина, по которой он так рвался провести эту ночь вместе с ними, заключалась все-таки в том, что рейвенкловец уже несколько лет выступал в роли курицы-наседки для своего кузена, но Лагранж было приятнее думать, что она выглядит в достаточной степени разъяренной, чтобы были основания беспокоиться за вторую, пока еще целую, ногу. По ее прикидкам, у Алекса были все шансы растопить ледяное сердце целительницы, если бы он побольше очаровательно улыбался и поменьше угрожающе размахивал битой. Бита вообще не способствует обычно дружеской беседе, а улыбаться у него всегда получалось в крайней степени мило, так, что порой даже слизеринские ледышки начинали таять в умилении. Впрочем, слизеринцы добились не больших успехов и оккупировать больничное крыло не смогли, а потому были выгнаны, не успев зайти. Даже умничка Хизер не смогла уговорить женщину разрешить им остаться подольше, хотя вот уж к ней, по мнению Эл, должны были быть благосклонны все. Умница, красавица, еще и староста. В общем, девушке оставалось только умирать в гордом одиночестве. Впрочем, одиночество было относительное. За ширмой не подавал признаков жизни тот, кому она была обязана сломанной рукой и скучным вечером в больничном крыле. И хотя заботливые друзья пообещали повеселиться и за нее тоже, утешало это мало. Единственное, о чем действительно жалела Калин, так это о том, что не видела, каким образом чудо-загонщик оказался с ней на соседней койке. Последнее, что она помнила с матча помимо дикой боли в руке, была неумолимо приближающаяся земля, когда она падала. И лучшее решение в жизни – зажмурить глаза и надеяться, что столкновение будет не самым сильным. В общем, да, посмотреть, как следом за ней валится и Найтшед, было бы очень и очень приятно, и, она была уверена, даже боль бы поутихла. Рейвенкловец молчал, и это было странно. Иногда ей казалось, что долго молчать он в принципе не в состоянии, а тут уже целых минут десять партизанской тишины с ухода мадам Помфри, которой, судя по взгляду, очень не верилось, что на утро, когда она вернется, здесь все будет в первозданном виде. Поэтому, когда Джек весьма незамысловато выругался, Эл даже обрадовалась. Живой, значит. И, судя по наглой физиономии, появившейся из-за ширмы, в ближайшее время умирать не собирается. - Сам эту дрянь пей, - недовольно буркнула Калин, смерив его испепеляющим взглядом, и скривилась, глянув на стакан с Костеростом. Привкус у него был тот еще, слишком на любителя, чтоб девушка добровольно его пила. Один стакан она уже еле осилила под чутким присмотром мадам Помфри и чувствовала, что еще раз на такой подвиг сегодня не способна. Ситуация еще усугублялась отсутствием сигарет, а без них настроение резко катилось к отметке «паршивое». Впрочем, с какой-то стороны рейв был прав: держать стакан она правда не могла. Медсестра, руководствуясь только ей доступной логикой, поставила стакан четко со стороны сломанной руки, поэтому, чтоб взять его в руки, ей пришлось бы тянуться здоровой, а это было как минимум неудобно. Однако больше всего ее взбесил сочувственный тон Джека, вызывавший искреннее желание сообщить, куда ему стоит засунуть свою биту. - Что, Найтшед, впервые битой по бладжеру попал и от радости с метлы свалился? К слову, загонщик из него был неплохой, но признать это было всегда выше ее сил.
- Не угадала, - дружелюбно отозвался Джек и просунул вслед за головой руку, чтобы почесать нос. Распространяться о подробностях фееричного падения ему не особенно хотелось, тем более, что в воздухе он задержался лишь немногим дольше, чем незадачливая охотница, а о том, как происходит встреча с матушкой землей, девушка и сама могла поведать в трех томах, судя по страдальческому выражению ее лица. Костерост радости ей не прибавлял. - Не любишь, да? - предположил Найтшед, и мотнул головой, кончиком носа указывая на стакан с зельем. Вообще оно было очень даже ничего, если его не пить, конечно. Но со стороны казалось, что Костерост вызывает немыслимые мучения одним лишь своим присутствием в непосредственной близости. Джеку стало ее даже жаль, да и Костерост тоже - полезная в принципе штука не заслуживала такого отношения. Последним аргументом в пользу возникшего в его голове решения стал тот факт, что крепкие кости загонщику лишними не будут, а уж мужество выпить эту дрянь он как-нибудь найдет, да и вообще дева в беде сама предложила этот вариант спасения... - Давай сюда, - решительно скомандовал рейвенкловец и не менее решительно сам же подался вперед, упершись одной рукой в бедро девушки, а другой потянувшись за злополучным стаканом. С глаз долой - печали прочь. Может, еще и обратно попросит, промелькнуло в голове парня, но насладиться воображаемой картиной слизеринки, идущей на попятный, он не успел - опора в ее лице, вернее ноге оказалась крайне ненадежной. Девушка дернулась, как-то неодобрительно выразившись, Джек выронил стакан, расплескав зелье на ее форму и, потеряв равновесие, повис, протянутый через ширму. Здоровой ногой он лежал на своей кровати, лицом - на мокром животе слизеринки, руками отчаянно размахивал, хотя всего лишь час назад имел шанс убедиться, что никакие телодвижения не спасут от неизбежного столкновения, ибо гравитация бессердечная сука. Впрочем, осознание собственной уязвимости в этой позе, а так же волнение за выдающиеся части своего лица, заставили Найтшеда быстро опереться о кровать и приподняться. - Ты мне чуть нос не сломала, - укоризненно поделился тревогой Джек, держась одной рукой, а второй ощупывая нос. - Правду говорят, что Слизерин не умеет работать в команде. Нос был цел, и Джек не видел препятствий для продолжения общения, кроме ширмы и предрассудков. Мокрая одежда девушки, напротив, могла лишь поспособствовать, по его мнению.
К досаде Лагранж, настроен был парень довольно миролюбиво, в то время как она была бы вовсе не прочь лениво поцапаться, чтоб хоть как-то выпустить пар. Лениво, потому что краем сознания девушка прекрасно понимала, что злиться стоит только на себя и собственную невнимательность, потому как Джек делал то, что и должен был делать – отбивал у противника охоту летать перед кольцами Рейвенкло. Бесило это еще больше, потому как признавать свои ошибки было не в стиле слизеринки – легче было найти сто виноватых. Прежде, чем Калин сообразила, что происходит, Найтшед бесцеремонно уперся рукой ей в бедро и потянулся за стаканом с Костеростом. Подобной любви к мерзким микстурам она еще не видела, и готова была бы сама потянуться за ней, ради такого дела, но рейвенкловец решил проявить самостоятельность. За что и поплатился, а вслед за ним поплатилась и она. Лагранж дернулась, выразив все свое недовольство через не очень аристократичное, но очень емкое «блять», и в следующий момент уже была в мокрой форме, а в живот ей упирался гений акробатики и гуру ловкости. Слизеринка аж взвыла от отчаяния, одной рукой пытаясь спихнуть парня, а другую стараясь отодвинуть подальше, чтобы размахивающий руками рейв случайно не задел ее в попытках взлететь. - Подумаешь, хуже не было бы, - прошипела Лагранж, недовольно поглядывая на и так не маленьких размеров нос парня, - зато про интеллект рейвов нагло врут. Скажи честно, Джек, ты шляпу подкупил или у вас там все такие? Мокрая форма быстро прилипла к телу и ощущения стали не из самых приятных, не говоря уже о том, что стало банально прохладнее. Под рукой не было ни салфеток, ни полотенца, поэтому попытаться вытереть пришлось простыней, но особо это не помогло. Бросив еще один взгляд в духе «ты жив только потому, что я очень добрая», Калин сообразила, что висеть в таком состоянии парню, наверное не очень удобно. А учитывая, что на кровати покоилась только здоровая нога, у него вполне могли возникнуть проблемы с возвращением в обратное состояние. На секундочку она даже почувствовала мстительное удовлетворение, но тут же испугалась – это ж он в таком состоянии пол ночи провисеть может в непосредственной от нее близи! Тяжело вздохнув, Эл свесила ноги с кровати, спрыгнула и, сделав над собой усилие, подошла к парню. - Я начинаю думать, что лучше бы Ла Реве попал в Алекса. Помочь?
Наблюдая за тем, как девушка водит руками по груди и животу, Джек подумал, что с зельем вышло в общем-то удачно, хотя и не совсем по плану, и пропустил мимо ушей нелестные намеки на несовершенность его фамильной гордости. А ведь у его прабабки нос был точь-в-точь такой, и она окрутила лорда! - Какие, к дементору, такие? - Джек неловко переступал руками, не желая признать очевидного - что он застрял в патовой позе полуласточки, и все, что ему оставалось делать, это жалобно дрыгать больной ногой, привлекая внимание Лагранж, чтобы она пересмотрела свои приоритеты и помогла страждущему в ущерб чистке перышек. Финт, кажется, удался, и оставив простыню, слизеринка неторопливо покинула свое ложе, однако ничто в ее облике не выдавало страстного желания помочь ему. Джек помнил, что слизеринцы хорошие актеры, и не отчаивался. - Да что он вам всем сделал-то? - проигнорировав вопрос девушки, который в его положении можно было считать риторическим, Найтшед поспешил возмутиться. Амурные дела кузена удручали его куда больше, чем собственные потери на любовном фронте. К седьмому курсу у парня были все основания полагать, что Алекс проклят, других логичных объяснений его мазохистской тяги к тем, кто только и думает как изощренней его отшить, просто не было и быть не могло. Каждая новая зазноба разбивала сердце Алекса в крошево, и с учетом количества зазноб его способности к регенерации можно было только позавидовать. Джек подзабыл порядковый номер Лагранж в списке тех, с кем Холлуэй намерен жить долго и счастливо и дарить миру много маленьких Джеков и Жаклин, но у нее точно были бы неплохие шансы, будь она чуточку менее слизеринкой. К сожалению, шляпа ставила диагнозы безошибочно верно. Впрочем, девушка что-то там говорила про взятки, вдруг из личного опыта? Лично Джек на месте шляпы добрую половину слизеринцев отправлял бы в Азкабан, что уж говорить о злой... Глядя снизу вверх на Калин, Найтшед в принципе понимал, что кузен в ней нашел, вот только плюс-минус тоже самое можно было найти и в более дружелюбных особях с менее обособленных фаультетов. Там, конечно, имелись свои подводные камни, и практически у каждой девчонки рано или поздно обнаруживался какой-нибудь бойфренд, или - хуже того - брат. Но все возможно, если соблюдать некоторые правила. Рыжие волосы, например, сигнализируют о повышенной опасности. А заслышав "сукин сын", лучше всего прибавить ходу или сгруппироваться.
- «Такие» это в смысле умные, конечно, - поспешила заверить Лагранж, присев на краешек кровати. Найтшед не торопился принимать ее помощь, видимо, решив, что и в таком положении есть свои плюсы. Какие – она не знала, да и, откровенно говоря, пока не представляла даже с какой стороны к нему подступиться, чтобы помочь. Будучи представителем факультета мозгами не обделенных, он решил в всей красе продемонстрировать, что попал туда не за красивые глаза, и создал все условия для того, чтобы вытащить его оказалось почти нереально. По крайней мере для девушки с одной рабочей рукой. Пока слизеринка прикидывала, как обойтись без лишних поломанных конечностей, Джек умудрился возмутиться на фразу, которая в общем-то была Алексу скорее комплиментом, чем пожеланием смерти в страшных муках. - Лично у меня никаких претензий к твоему кузену, он милый. И ему вряд ли в голову пришло бы тянуться через меня за зельем, а после этим же зельем еще и облить. Да и в такой позе он оказался бы вряд ли. И вообще, я бы сейчас спокойно спала, а не думала, как тебя аккуратней вытащить. Алекс действительно был милый, и в этом было его проклятие. Все-таки суровым слизеринским девушкам хотелось поменьше разговоров о красоте звезд и побольше действий. Сказавший, что девушки любят ушами и жаждут романтичной лапши, не был знаком с такой категорией как «слизеринские девушки», в народе отчего-то заменяемые просто на «стервы». Так что Холлуэю бы следовало запастись пирожками и обратить внимание на хаффлпаффок, а не обивать порог гостиной Слизерина в надежде на благосклонность очередной великой любви. Что ни слизеринка – то великая любовь. - Так, попробуй опустить сломанную ногу на пол, - скомандовала девушка и встала с кровати, решив, что Найтшед и так достаточно провисел в не самой удобной позе, - только аккуратней. Задачка была не из легких, но рейвенкловец с ней потихоньку справлялся. Судя по мученическому выражению лица, это было больновато, и ей даже стало его немного жалко. Хотя сам ведь нарвался. Правда, когда нога коснулась пола, до слизеринки дошел весь кретинизм этой идеи – опереться-то он на нее не мог. Но отступать уже было некуда. – Я сейчас подставлю тебе плечо, а ты обопрешься и попробуешь наступить на ногу, ладно? И если получится, быстро опустишь вторую! А еще говорят, слизеринцы не думают ни о ком кроме себя. В данный момент Калин чувствовала себя просто законченным альтруистом, искренне пытаясь помочь сделать процесс наименее болезненным. Видимо, то было проявлением некоторой солидарности. Долго думая, подставлять ли плечо со сломанной рукой или поберечь ее, раз уж они не уверены в затее, слизеринка подставила все-таки здоровое плечо, повернувшись к парню лицом. - Давай. Из-за ширмы не было видно, что там происходит, но судя потому, что Джек внял совету и оперся на нее, спустить вторую ногу он все-таки пытался. Внезапно девушка почувствовала, что слегка переоценила свои силы и удержать всю тушку загонщика рейвов не в состоянии. Тихонько ойкнув, слизеринка покачнулась, инстинктивно схватившись за него, почти обнимая, и феерично грохнулась на пол, потянув за собой и Джека и ширму.
пребываю в двух состояниях: мне или пиздец как хорошо, или просто пиздец.
Be careful, you are not in wonderland anxietyofauthorship.com/tag/allen-ginsberg/ Утро будет? — кто-то спросил Нет — ответил кто-то без сил Нет возмездия, нет награждения Свято всё что касается тления
Руки моря Кажутся белыми
“You will hear thunder and remember, and think: she wanted storms.” – Anna Akhmatova
❖ Дата рождения персонажа 17 февраля 2005 г. ❖ Чистота крови персонажа Чистокровная. ❖ Факультет и курс персонажа Слизерин, 7 курс. [quote][align=center]II. БИОГРАФИЯ[/align][/quote]
❖ Родители Отец - Майлз Блетчли, тренер известной по всему миру команды "Форфарские фейерверки", в недалеком прошлом вратарь оной же и Сборной Шотландии. Мать - Мораг МакДугал, наследница и хранительница фамильного секрета производства верескового меда - слабоалкогольного напитка, который считается утерянным у маглов, и пользуется огромной популярностью у магов, уступая в Британии лишь сливочному пиву и огневиски. ❖ Место рождения Имение МакДугал неподалеку от Форфара, Шотландия. ❖ Биография Дела благородного дома Блетчли в далеком 98 году были неважными, что было досадно не столько из-за трудностей с авроратом, сколько из-за того, что они на самом деле не были причастны к Темному Лорду и его наполеоновским планам. Безрезультатно повторяя это на допросах и теряя время и деньги, Блетчли поспешно утвердили план Б - выгодный брак, пренебрегая тем фактом, что подобное обычно практиковали семьи с дочерьми, а у них был сын, причем всего один. Майлза поставили в известность, когда уже была выбрана невеста с идеальным соотношением связей и состояния. Мораг МакДугал оказалась, к тому же, и чистокровной, не до такой степени, чтобы этим можно было гордиться, но все же достаточно для того, чтобы с мыслью о родстве можно было примириться. Со временем. К несчастью, на этом список достоинств девушки заканчивался, и в него не вошла красота - Мораг была крайне невзрачной особой и прекрасно знала об этом. Она старалась компенсировать это кротостью и скромностью, но насмешливый красавчик Майлз едва ли мог это оценить. Свадьба, тем не менее, состоялась - под окнами Мораг не выстраивалась толпа поклонников, и выбирать им было, в общем-то, не из чего. В первые годы брака Майлз не раздумывая променял бы поместье МакДугал, куда Блетчли перебрались, утратив свое родовое гнездо, на Азкабан, и разделил бы постель с дементором охотнее (но без энтузиазма), чем с супругой. Заняться было совершенно нечем - двери в Минестерство так просто не открывались, друзья была озабочены благоустройством собственных задниц, а Блетчли изнывал от тоски и постного лица Мораг в пределах видимости, а на зрение он не жаловался. Вересковый мед, которым изобиловал этот дом, проблему решал частично, но ввиду малой крепости напитка, пить его надо было начинать прямо с утра. Майлз не хотел становиться алкоголиком так рано. Как можно чаще он уходил из дома, чтобы полетать, благо живописные места и просторные лужайки к этому располагали. Мораг желала ему приятно провести время, просила быть осторожней и советовала новые маршруты. Майлз цедил сквозь зубы, что везде приятней, чем с ней, сдерживал желание убиться об дерево и - следовал ее советам. Про "Форфарские Фейерверки" напомнила тоже она, как-то раз за завтраком заметив, что если бы команда существовала и по сей день, то Майлз смог бы поднять ее на новый уровень. Так у Блетчли появилось дело его жизни. Формальности уладил тесть - за давностью лет дело пересмотрели и разрешили воссоздать клуб, тесть же и проспонсировал строительство нового стадиона, но первый состав команды отбирал лично Майлз и самым важным критерием стал факультет - только слизеринцы. Конечно, это существенно ограничивало выбор, и было отказано многим действительно талантливым игрокам. В результате, в лигу вернулись те самые "Фейерверки", о которых в старые добрые времена слагали легенды, до сих пор звучавшие на устах тех, кто хотя бы мало мальски интересовался квиддичем. Эффектные поражения и безудержные вечеринки - узнаваемый фирменный стиль привлек к себе внимание фанатов и прессы. Вскоре команда сыгралась, первая победа озадачила не привыкших к такому зрителей, но поскольку на качестве безумных попоек успех никак не отразился - поклонники пришли в восторг. Кульминацией стала игра в полуфинале, после которой "Фейерверки" таки укротили внезапно вылетевшего черного дракона. Испуганная толпа начала было разбегаться, но почти тут же остановилась, завороженная разворачивающимся зрелищем. Укротив дракона, игроки позволили каждому желающему сделать колдографию с ним. Пресса еще долго писала об этом, публиковала интервью со счастливыми очевидцами, становившиеся все более невероятными, и только старик МакДугал знал, сколько стоит купить дракона и выдрессировать его, и мог назвать сумму не только в галеонах, но и в бутылках медовухи. Победу в финале одержать не удалось, но "Фейерверки"стали командой года, а изображение черного дракона на зеленом фоне - самым популярным символом. В дальнейшем Майлз лишь закрепил успех и через пару сезонов привел команду к победе, хотя это и не слишком нравилось правительству Британии - приходилось нередко принимать участие в самых нелепых и абсурдных тяжбах. На выручку приходила Мораг - она разбиралась во всем этом лучше супруга и всегда была рада помочь. Отношения между ними улучшились, и когда женщина забеременела, она обрадовалась, решив, что теперь они наконец станут настоящей семьей... Она ошибалась. Мораг надеялась родить наследника, но родила соперницу. Все ожидали, что несдержанный Майлз будет в гневе, узнав про дочь, но малышка, всеми чертами пошедшая в отца, заставила полюбить себя с первого взгляда и получила имя в честь вересковых пустошей, в которых ее отец искал утешения в трудные времена. Хезер Линор Блетчли с первого дня заняла место в центре жизни и сердца Майлза, легко подвинув квиддич, что уж говорить о Мораг? Ее он просто не замечал, тем более, что колдомедики сообщили, что свой детородный потенциал она исчерпала и детей иметь больше не сможет. Майлз и не хотел - его маленькая принцесса и сумасшедние "Фейерверки" это все, чего он хотел от жизни. Мораг, исполнив его желания, покорно отошла в сторону. Хезер росла в атмосфере всеобщей любви и внимания, всегда в центре, окруженная заботой и осыпанная комплиментами, наравне с драконом - маленький талисман папиной команды, никто не выходил на поле без ее поцелуя в щеку. Квиддич ее захватывал - и не только как зрителя, Хез практически не помнит себя без метлы, вначале розовой, осыпанной блестками и увенчанной головой единорога, едва поднимающейся на метр от пола, затем обычной, потом - скоростной... В отца она пошла не только голубыми глазами и очаровательной улыбкой, но и страстью к скорости и полету, и очевидным талантом. Впрочем, несмотря на такое мальчишеское увлечение, в остальном она была типичной наследницей аристократического рода, устраивающей чаепития с разряженными куклами и музицирующей на фортепьяно. За всем этим следили преимущественно гувернантки - Хезер на дух не выносила мать, точно улавливая отношение горячо любимого отца и старательно его копируя. Стоило появиться Мораг на горизонте, как из ангелочка Хез превращалась в рассерженную фурию. С возрастом свою неприязнь она стала выражать менее буйно, но более язвительно. Майлзу нравилось быть с дочерью на одной волне, он не хотел делить ее с супругой. - Тебе не понять, ты не слизеринка, - говорили они хором и смеялись. В том, что Хез поступит на Слизерин, не было никакого сомнения еще задолго до письма, и у Шляпы действительно не нашлось для нее других вариантов. Школа удивила Хезер большим количеством новых лиц, притом совершенно дурно воспитанных - войдя в Большой Зал на свой первый завтрак и обнаружив, что никто из юношей не поднялся ее поприветствовать, Блетчли обиделась и вышла, не притронувшись к еде. К сожалению, это мало кто заметил, и перевоспитать Хогвартс ей не удалось - пришлось привыкать к новому миру, который был так не похож на тот, из рассказов отца, и в котором быть Блетчли означало быть изгоем для по меньшей мере двух третей учеников. Хезер не сдавалась - "Фейерверки" тоже начинали не просто с нуля, а с отрицательных величин, когда вернулись в Лигу из небытия, а теперь были всемирными любимцами - а почему? Потому что они были слизеринцами, и Хез гордилась своей командой, своими сокурсниками, своим серо-зеленым галстуком. Она старалась хорошо учиться и зарабатывать баллы для факультета, несмотря на то, что к концу дня их всегда снимали, заслуженно или нет. На четвертом курсе она стала вратарем сборной - пыталась и раньше, но отказывали, хотели сберечь. На пятом вместе со списком учебников получила значок, нисколько этому не удивившись, но обрадовавшись - как староста она могла приносить Слизерину еще больше пользы. На старших курсах учеба, никогда не увлекавшая ее всерьез, отодвинулась еще дальше, уступив романтическим увлечениям. Хез перебирала сокурсников, влюбляясь раз в неделю, но ни в ком не находя идеального принца для своей сказки, пока летом после шестого не встретила Его. Он был тем самым вредным капитаном, который считал что девочке не место на позиции вратаря, а теперь являлся запасным загонщиком "Фейерверков". Никогда еще время не летело так быстро, как с ним, Хез влюбилась и бросилась с головой в омут, потеряв всякую осторожность и вместе с ней невинность. Тщательно скрывая свои первые - тайные! отношения, Хез обратила внимание отца на таланты возлюбленного, и вскоре он вошел в основной состав. Надо ли говорить, что после этого их встречи быстро сошли на нет? Он говорил про тренировки, про усталость, но розовые очки спали, и девушка все понимала, сама избегала неловких встреч и считала дни до возвращения в школу, боясь лишь одного - выдать себя и стыдную тайну, заставлявшую невольно краснеть каждый раз, когда она слышала вопрос "Как ты провела это лето?". [quote][align=center]III. ХАРАКТЕР[/align][/quote]
❖ Главные отрицательные черты Капризность, избалованность, временами леность. ❖ Главные положительные черты Романтичность, ответственность, умение сопереживать и сочувствовать. ❖ Общее описание Хез дружелюбна и общительна с теми, кто принадлежит к ее кругу, впрочем, большинство своих приятелей она держит на определенной дистанции и не позволяет им знать о ней больше, чем им, по её мнению, положено. Она вежлива со всеми, но у этой вежливости есть масса оттенков – учтивых, дружелюбных, холодных, надменных… Иное дело друзья - с ними у Хезер нет границ, и до недавних пор не было секретов. Девушке страшно говорить о летнем романе, она боится осуждения, но в то же время держать все в себе становится с каждым днем сложнее. Хез очень романтична. Передозировка рыцарских романов в детстве не могла не сказаться - девушка грезит встретить своего принца. Принцы время от времени выстраиваются в очередь, но все они и рядом не стояли с ее идеалом - отцом, а тот, кто показался таковым - подло воспользовался ей, так что разочарование в сильной половине было сокрушительным и неизбежным. Впрочем, она по-прежнему кокетлива и много флиртует, пользуясь популярностью у противоположного пола - это, в конце концов, очень удобно, но не позволяет лишнего и не помедлит дать пощечину зарвавшемуся наглецу. Девушка полагает, что «женщине глупо быть умной», поэтому частенько обращается за помощью к молодым людям, позволяя им побыть гениями и героями рядом с собой. В ее сумочке никогда не лежит ничего тяжелее свежего номера "Ведьмополитена", потому что всегда найдется тот, кто несет стопку ее учебников, отодвигает стул, и прочее. Хез очень горда и злопамятна. Она мстит за обиды, не выходя за рамки образа милой девушки, нередко мстит чужими руками, благо для этого также существуют ее воздыхатели. Блетчли свободолюбива и смела, от природы ли, или же тому виной все те же книги – неизвестно, но её душа жаждет подвига, жаждет риска. Хез легко загорается идеями, если они ей близки, и тогда не жалеет ни себя, ни других для их воплощения, но при этом не должна чувствовать, что её к этому подталкивают и направляют. Она не терпит давления и нравоучений, может специально делать все наперекор. Девушке не хватает рассудительности, а её решениям взвешенности – эта страстная особа живет порывами и увлечениями. Споры ведет как истинная женщина, и берет верх не столько логикой и аргументами, сколько измором. Хез ненавидит слабость. Как в себе, так и в других. И не только ненавидит - презирает. К тем, в ком она нащупала слабину, Хез безжалостна, она будет ранить и жалить в уязвимое место при каждом удобном случае, пока не излечит от этой слабости, или же пока не добьет.
❖ Поведенческие привычки Хезер жаворонок, что крайне нетипично для Слизерина, и утро Хезер нередко проводит одна или с Армстронгом, захватывая с завтрака побольше яблок и сэндвичей для всех проспавших. Иногда ложится поздно, чтобы не пропустить все веселье, но все равно просыпается рано утром и как сказочная принцесса - с улыбкой. Любит немного поспать днем, или хотя бы поваляться часик-другой с очередным любовным романом. Когда ей нужно побыть одной или о чем-то хорошенько подумать – идет на квиддичное поле и там тренируется до изнеможения. Проводит много времени ❖ Увлечения и предпочтения ❖ Страхи и фобии Не умеет плавать. Если в воздухе чувствует себя как рыба в воде, то в воде - как рыба в воздухе. При этом любит плескаться на мелководье, но стоит ей перестать ощущать под ногами дно - начинается паника. Боится, что кто-то узнает о ее тайне, и это испортит репутацию и ей, и ее семье. Дорожит друзьями, очень не хочет потерять их из-за неосторожно связи. ❖ Магические способности и успехи в учебе ❖ Немагические таланты
[quote][align=center]IV. ПОРТРЕТ[/align][/quote]
❖ Имя знаменитости Anna Christine Speckhart ❖ Рост 175 см ❖ Телосложение Стройное ❖ Цвет волос Темно-каштановые ❖ Цвет глаз Голубые ❖ Особые приметы
❖ Волшебная палочка ❖ Домашнее животное Считает самку Гебридского черного дракона своим личным питомцем и неплохо с ней ладит, правда называет ее Гекатой, а не Белоснежкой, как команда. Гекате это имя и девушка по душе. Хез обещала сокурсникам по дракончику, когда найдется достойный спутник жизни для ее любимицы. ❖ Метла ❖ Артефакты